«Стива и чёрный монах» по Льву Толстому сыграют в МТЮЗе

Новое для режиссёра поле – поле творчества великого писателя. До этого на сцене он ставил и Чехова, и Достоевского, а вот Толстого в первый раз. Что получится из этого, и как он сможет сделать в своём стиле знаковое произведение писателя?

С одной пантомимы начинается и заканчивается спектакль: девушка, лежащая на столе, барахтается, будто попала в воду. Старается уцепиться за край стола, который наклоняется, но ничего не выходит, и она скатывается вниз. Заключительная сцена происходит такая же, только уже с участием мужчины. Зрители знают уже кто это: Евгения Михеева в роли Пашеньки и взрослый отец Сергий, которого играет Максим Виноградов. Удивительно то, что в произведении Толстого эти два персонажа противопоставлены друг другу, у Гинкаса же они будто уравниваются. И отец Сергий, и Пашенька в спектакле никогда не достигнут Бога, они уравнены тем, что у обоих нет выхода. В этом есть определённый авторский стиль, который прослеживается в каждой постановке режиссёра. Помимо этого, также определённой чертой его творчества становятся телесные метафоры.

Евгения Михеева отлично сыграла свою героиню: кроткую, жертвенную, смахивающую на юродивую старую женщину. Максим Виноградов в роли Отца Серия тоже играет прекрасно, показывая того самого человека с синдромом отличника: всё у него в жизни блестяще получается, а сам он словно мужчина без возраста, но именно это и не даёт ему нравственно преобразиться и вкусить перемены жизни. Помимо этих двух персонажей на сцене появляется также безмолвный Пафнутий, которого играет Игорь Ясулович. Этот персонаж полностью авторская выдумка режиссёра для того, чтобы сгорбленная его фигура на фоне Отца Сергия давала хоть какое-то присутствие чужой жизни в судьбе монаха.

Так, в каждой постановке Камы Гинкаса звучит мотив идейного человека, который отстранён от всего сущего, а его жизнь проносится над головами тех самых униженных и оскорблённых. Но и писатель, и режиссёр также единогласно соглашаются в непринятии церкви, они оба буквально выступают против неё! Несмотря на то, что Гинкас отошёл от полного надежд финала, определённо можно сказать, что этот спектакль для режиссёра стал чем-то личным. Как будто режиссёр благодаря Толстому проникается глубинным психоанализом и на сцене появляется театральный шедевр!